Новая родина NAJAD

Год назад знаменитая шведская марка NAJAD была спасена от банкротства. Теперь она принадлежит Nord West, производителю катеров с острова Оруст. Туда она переехала и, похоже, неплохо устроилась


Текст Йохена Рикера

А вот и она – Nordic Spirit, Najad 440 СС. Прямо впереди, у первого причала. Как будто всегда была здесь. Она плавно покачивается на волнах от проплывающих мимо катеров. Сдержанная в своей элегантности, с прямолинейными очертаниями.

Солнце отражается в хромированных воздухозаборниках Dorade. Тиковая палуба отливает золотом. Мягкая коричневая лосиная кожа обтягивает штурвал из высокосортной стали. Высокий фальшборт, выраженная погибь палубы, в центре кокпит с ветровым стеклом. Да, это ни с чем не спутаешь. Все – будто с книжной иллюстрации. Это Najad.

И под палубой знакомые ощущения: теплота, чувство защищенности, изящество во всем. Пахнет свежей древесиной. Ладони поглаживают лакированное до шелковисто-матового блеска западноафриканское красное дерево, красиво изогнутые накладки, мягкую обивку с двойной простежкой. Куда ни посмотришь, что ни потрогаешь – ручная работа.

Всего две недели назад зеленый тягач John Deere пересек двор, доставив от верфи к мобильному подъемнику новенькую Najad 440 СС.

Линии яхты были нарисованы конструкторским бюро из Бремерхафена Judel/Vrolijk&Co еще в 2005 году. Тогда их посчитали слишком спортивными для скандинавской верфи, строившей до того солидные, рассчитанные на дальние походы суда. 440-я ознаменовала перемены в Najad: теперь все будет более динамичным, современным. Эта яхта стала символом прорыва и перемен. И в то же время – символом преемственности. Nordic Spirit должна показать, что у Najad есть будущее. И пусть сегодня лодки Najad рождаются не в местечке Хенан, как прежде, а в Виндоне, расположенном в восьми километрах к северо-востоку, но… «В остальном все по-старому», – утверждает Бенни Мартинссон.

Этот 55-летний мастер взялся за решение сложнейшей задачи. Он хочет вновь вывести Najad в лидеры, в полной мере восстановить прежнюю силу, обрести новую славу. Пришвартованная к пирсу 440 СС – его надежда и его обещание.

То, что яхта вообще существует, да еще построенная с тем же совершенством, как и ранее, – это почти чудо. Потому что Najad пережила суровую погоду и долгую качку. С 2005 года четыре раза менялись собственники верфи. Три раза менялось руководство. Все это заставило даже самых рьяных приверженцев марки усомниться, что предприятие останется на плаву. Еще в 2010 году все выглядело настолько неважно, что досрочно подал в отставку глава верфи Альфред ван Винкооп. Летом 2011 года верфь была объявлена банкротом. Что это – смерть или кома, из которой все-таки можно выйти?

Все яхтенное сообщество было в шоке, даже конкуренты выказали глубокую озабоченность. Как? Najad? Эта икона североевропейского яхтостроения пропадет просто так?

Бенни Мартинссона такой вариант не устраивал. Он не согласен! Для него это вызов. Если угодно, возможность завершить личный цикл, начатый 40 лет назад, именно столько он в этом бизнесе. Тогда, в 15 лет, он поступил учеником к знаменитому Кристофу Расси. Затем перешел к Пелле Петтерсону в Maxi Yachts, еще одна первоклассная строка в послужном списке.

Читайте также  Saare 41 AC. Больше, чем просто красота

В 1985 г. Мартинссон начинает свое дело, решив специализироваться на быстроходных катерах. Но старт оказался не слишком бурным, и Бенни стал выполнять заказы для Hallberg Rassy, Malö, Sweden Yachts, в основном занимаясь внутренней отделкой судов. Только 10 лет спустя он смог полностью сосредоточиться на развитии собственной марки. Вместе с Nord West он основывает верфь по строительству катеров: небольшую, престижную, возглавляемую хозяином – как Najad во времена ее основателя Берндта Арвидссона. Кстати, так случилось, что декоративные накладки на корпусе моделей Nord West были красного цвета, совсем как у Najad, – обе марки словно изначально были предназначены друг для друга.

Прошлым летом произошло слияние.

В ту пору в Хенане царило кризисное настроение: производство остановлено, верфь выставлена на продажу… Лишь Бенни Мартинссон увидел шанс там, где остальные видели лишь неоправданные риски. Даже Джессика, его жена, отвечающая как соуправляющий за маркетинг и сбыт, поначалу была настроена скептически.

Сейчас Мартинссон улыбается: «Я убеждал Джессику, что Najad – это такое имя, а яхты Najad так хороши, что обязаны сохранить и имя, и верфь». Но тогда Бенни было не до улыбок. Надо было составлять план спасения верфи. И такой план был составлен.

Как только права на верфь оформили документально, все закрутилось с бешеной скоростью. Что вполне в стиле Бенни Мартинссона. Приняв решение, он сразу начинает действовать.

«Когда с бумажной волокитой все было улажено, мы командой в 25 человек поехали в Хенан, – вспоминает Бенни. – Нам потребовалось три дня, чтобы перевезти в Виндон чертежи, справочники, детали, формы, даже наполовину готовые суда. Так у Najad появилась новая родина».

Бенни Мартинссону впору позавидовать. Он не поддается сомнениям и увещеваниям советчиков. Он независим от финансовых инвесторов. Он просто делает свое дело. Не зная Бенни, вы не сразу выделите его из 135 работников верфи. На нем серый полукомбинезон и футболка. Плюс к ним улыбка и неизменно хорошее настроение. И никакого мобильного телефона. Мартинссон предпочитает говорить с людьми напрямую.

Его кабинет со скрипучим дощатым полом заставлен моделями кораблей. Моделирование – это у него с детства. А прямо под окном готовая к отплытию 440-я.

«До прошлой осени у меня были катера, а теперь я с удовольствием хожу под парусом», – говорит Бенни, и его взгляд, оторвавшись от яхты, устремляется вверх – к зеленым холмам на противоположном берегу, в лесах которых теряются желтые и красные деревянные домики. Декорация такая мирная и спокойная, будто не из этого мира.

Так же обстоят дела и в Nord West. Все здесь спокойно, тихо, гармонично. Все вместе завтракают, вместе обедают. Ни тебе плохого слова, ни ворчания, ни волокиты. Перед перерывами и в конце смены каждый прибирается на своем участке, поэтому на верфи царит почти идеальный порядок. И это контрастирует с общей архитектурой. Цеха, переходящие один в другой, не выровнены, как по линейке. Их появление было куда более органичным. «Содержание» цехов тоже продиктовано необходимостью: фальшпол здесь, перегородки тут, проемы там. Все это создает лабиринт, в котором могут ориентироваться только посвященные.

Эти люди посвящены еще в одну тайну – тайну качества продукции Nord West.

Впрочем, никаких особых секретов тут нет. И это не уровень автоматизации, как можно было бы подумать, просто здесь каждый знает, что и когда он должен делать. Кто-то наверняка назовет такой подход старомодным, да и не дешевым, но Бенни Мартинссон убежден, что иначе строить около полутора десятков моделей парусных яхт и моторных катеров невозможно. Решение – в доверии людям и опоре на них.

Читайте также  Shipman 59. Прирожденный стайер

Пятнадцать моделей – это много. При этом верфь старается, насколько это возможно, опираться на собственные силы. Почти все – от деревянной подставки на камбуз с логотипом Najad и до флагштока, от руля с баллером из высокопрочной стали до столика в кокпите, – верфь делает самостоятельно. Соответствующим образом организована и работа склада. Там хранятся почти все детали для всех производимых сегодня моделей Nord West и Najad.

«Просто мы не такие, как другие верфи, – говорит Мартинссон. – Нам нравится все делать самим, понимаете? А если у кого-то из владельцев возникли технические проблемы, например из-за износа, мы всегда сможем помочь».

Вместе с тем в заботе о рационализации верфь строит одновременно три-четыре одинаковых лодки. Это подчас удлиняет время ожидания для клиента, поскольку должно набраться достаточное количество заказов, но с другой стороны – Najad просто так не покупают, тут свои заказчики, готовые ждать то, что им нужно.

С момента спасения верфи год назад заказчикам отправлены семь яхт Najad. Еще три скоро будут готовы. Следующие корпуса уже в цехе формовки.

Десять яхт за год… Подписывая договор купли-продажи, Джессика и Бенни боялись об этом и мечтать. Но они сделали это и уверены, что в следующем году смогут удвоить объем производства. При этом изменения в модельном ряде пока не планируются. В конце концов, перемен было достаточно, в чем-то можно и притормозить.

Однако это не значит, что Мартинссон принципиально сторонится новинок и усовершенствований. Скажем, в Najad 440 СС теперь под палубой вместо 35 галогеновых точечных светильников почти вдвое больше светодиодных ламп. Модифицированная рулевая колонка вмещает большой чартплоттер, который прежде монтировался далеко от рулевого, у трапа.

Читайте также  Bavaria Cruiser 46: удачная реформа

«Если на катере выйдет из строя мотор, то не получится поднять парус и идти дальше, – говорит Бенни. – Поэтому все системы должны иметь повышенную надежность. Из этого мы исходили раньше, и теперь эту идеологию, реализованную в Nord West, привносим в Najad. Так, например, автоматически активируемый зуммер водоотливного насоса звенит теперь не под палубой, где в условиях неспокойного моря он едва слышим, а прямо в кокпите. Машинное отделение имеет герметичную переборку, чтобы вытекающее масло, дизельное топливо или охлаждающая жидкость не разливались по салону. Щитки приборов, реле и агрегаты монтируются на панелях таким образом, чтобы их легко можно было снять для профилактики и ремонта».

И без того немалая базовая комплектация яхт Najad стала еще богаче после слияния верфей. Да, согласимся, в своем секторе Najad в числе самых дорогих яхт на рынке (скажем, 410-я стоит около 459 000 евро), зато практически все, вплоть до автопилота, что мог бы заказать клиент, на яхтах уже есть: электрический брашпиль, носовое подруливающее устройство, отопление, инвертер, палуба из тика – и это только некоторые позиции. Даже хрустальные стаканы, посуда и столовые приборы – все с выгравированным логотипом – уже на борту, когда клиент забирает свое судно.

На вопрос о самой любимой модели Мартинссон долго думает. «Мне нравится 570-я», – наконец признается руководитель верфи.

Следующий вопрос: «Что в будущем сойдет со стапелей Виндона?»

Бенни снова погружается в раздумья. Молчание его красноречиво. Больше всего его заботит не новая модель, а то, как пойдут дела дальше. И все же он отвечает: «Да, новая модель есть – в моей голове уже, но не в линейке верфи».

Действительно, что дальше? По соседству от владений Бенни, всего-то 200 метров, недавно остановила производство Regina af Vindö, Преемника пока не видно. Между тем верфь была известна своими яхтами очень похожими на Najad 570. Так, может, в этом – будущее? Уж не собирается ли Бенни Мартинссон конкурировать скорее с Contest, Gunfleet и Oyster, чем с Hallberg Rassy? Возможно. Не исключено. Как знать. Но важнее другое: у Najad появилась новая родина, а значит, есть будущее.

Сокращенный вариант. Опубликовано в Yacht Russia №1-2 (49), 2013 г.